Рубрики
 
 

Передплата онлайн

 

Полювання

 

Арсенал

 

Собаки

 

Риболовля

 

Нотатки рибалки

 

Интерв'ю

 

Флора та Фауна

 

Законодавство

 

Газети (номери)

 

2017

 

2016

 

2015

 

2014

 

2013

 

2012

 

2011

 

2010

 

2009

 

2008

 

2007

 

2006

 

2005

 

2004

 

2003

 

2002

 

2001




Асоціація користувачів мисливських та рибальських господарств


Сайт посвященный общению на тему охоты и рыбалки



Головна Про проект Передплата онлайн Об'яви Форуми Контакти

Кого обьел лось?

Мой друг арендует в Киевской области охотничьи угодья общей площадью около 11000 га., большую часть которых занимает лес – сплошь сосновый с примесью орешника. За 2008 г. арендатору был выставлен счет на возмещение убытков на общую сумму 50000 гривен. Именно, в такую сумму был оценен ущерб, нанесенный лосем посадкам сосны.

По результатам таксации учтенная численность лося в его угодьях достигла 20 особей. Соответственно, плотность населения лося составила около 2 особей на 1000 га. Каждый лось наел в среднем на 2500 гривен. Много это или мало? Попробую кратко разьяснить историю вопроса и суть проблемы.

Дискуссия на предмет как совместить интересы лося и леса в отечественной и зарубежной охотоведческой литературе ведутся давно. Лесоводы предпочитают, чтобы лоси вообще не водились в лесу, или чтобы их кормовая активность была совсем незаметна. А активность эта велика.

Побеги хвойных и лиственных пород деревьев составляют половину рациона лося. В значительной мере повреждаются лосем культуры и подрост сосен, елей 10-15 летнего возраста. Замечено, что лось повреждает наиболее хорошо растущие экземпляры. Прежде всего, он обкусывает боковые и верхушечные побеги первых двух-трех мутовок. Скусанный верхушечный побег обычно замещается одним из боковых побегов, образуется многоверхушечность. Ствол в месте повреждения верхушечного побега искривляется, что отрицательно сказывается на качестве древесины.

Повреждение коры сосны к концу зимы на отдельных деревьях достигает 30 %. Порча коры ведет к разрушению древесины, ослаблению ее механической прочность. Пропадает наиболее ценная нижня часть ствола. Количество усохших сосен, елей с погрызом коры лосем, также – оленем, составляет 5-6 % от числа поврежденных деревьев. Именно, по причине «очень сильного повреждения» лосем посадок деревьев хвойных пород в 1905 г. шесть лесничеств в Восточной Пруссии были полностью очищены от лося. Также, владельцы частных лесных угодий имели приоритет в отстреле лося по выданным лицензиям.

При «предельном» использованиии лосем годового прироста всех кормовых деревьев и кустарников, определяемом в 30 % (лесовод В.Ф. Дунин 1979 г.) допустимая плотность населения лося для заповедников была определена в СССР в 6 особей на 1000 га. Примерно такую же плотность определили в 1930 гг. немецкие охотоведы для специализировавшегося по лосю национального парка «Эльхвальд» в Восточной Пруссии.

Однако, «хозяйственно целесообразные плотности населения лосем» угодий существенно ниже. В СССР оптимальную плотность поголовья лося – с учетом приоритетных интересов лесного хозяйства и практиковавшегося промотстрела, определяли в 3-3,5 головы на 1000 га. Считается, что при такой плотности древесные породы хорошо возобновляются и развиваются.

В то же время опыт заповедников дает значительно более высокие показатели плотности населения лося, как и кормовой производительности угодий. Примером может послужить работа по восстановлению численности лося в Березинском заповеднике в Белоруссии (общая площадь – 76,2 тыс. га, лесная площадь – 72,5 тыс. га. Примерно столько же составляла площадь «Эльхвальда» - 75000 га.). В 1959 г., к моменту восстановления статуса заповедности, в нем обитало 157 лосей. Средняя плотность населения лося на его территории составляла 2,2 особи на 1000 га. Примерно такую же плотность населения лосем имели и имеют сегодня многие угодья в Украине.

Лосю, как виду, свойственна высокая продуктивность. Средний годовой прирост поголовья лося составлял в европейской части СССР 11-11,5 %. В заповеднике годовой прирост стада составил 45% от общей его численности. Весь описываемый период плодовитость лося оставалась очень высокой и уже через восемь лет его численность в Березинском заповеднике достигла 1360 голов, а плотность населения – 18 особей на 1000 га. Для сравнения, высший показатель численности лося в «Эльхвальде» (1939 г.) составил 1300 голов.

Основными факторами прироста поголовья лося в Березинском заповеднике стали почти полное истребление «санитара леса» – волка и прекращение охоты. Надо сказать, что качество лосиных угодий в заповеднике было не лучше, а по запасам зимних кормов – даже хуже, чем в соседних лесах, где производились рубки леса. Для кормления лось нуждается в открытых пространствах. Таковыми в лесной полосе являются сплошные вырубки, быстро заростающие древесными культурами.

Данные лесоустроительных отчетов Березинского заповедника позволяют предположить, что доля использования лосем зимних кормов может значительно превысить 30 % их годового прироста, особенно у лиственных деревьев и кустарников. Даже при очень высокой плотности населения, достигавшей в суходольных лесах заповедника 25-30 особей на 1000 га, лось не смог оказать разрушающего действия на древесные насаждения. Прекращение сенокошения и выпаса скота на лесных полянах и в пойме реки Березина привело к постепенному зарастанию этих мест березой, осиной, ивой, широко используемых лосем, что позволило компенсировать отсутствие сплошных рубок леса.

Тем не менее, в конце 1960-начале 1970 гг., для того чтобы предотвратить ущерб лесу вследствии возможного перенаселения в Березинском заповеднике за сезон отстреливали до 100 лосей за зимний сезон. В «Эльхвальде» в сезонах 1938/39 и 1939/40 гг. было отстреляно соответственно 133 и 138 лосей, из них 73 и 68 самцов.

С 1964 г до 1984 г. численность лося в Березинском заповеднике не опускалась ниже 750 голов, при расчетной в 450 голов. Пресс хищников, наряду с отстрелом и миграцией за пределы заповеника, понизил плотность населения до 10-12 особей на 1000 га., что все равно было почти вдвое выше расчетной – 6 особей на 1000 га. С 1979 г. в заповеднике отпала необходимость регулирования численности лося так как естественный годовой прирост стада использовали размножившиеся в нем волки.

На данном этапе мы подходим к сути проблемы. Лосю угрожает внесение в Красную Книгу Украины о чем сам лось, отнюдь не просит. Даже при низкой плотности населения угодий он успешно распространяется по всей территории Украины. Напротив, попадание в Красную книгу будет иметь для лося далеко идущие экономические и экологические последствия, баланс которых сложится далеко не в его пользу. И потеря интереса к лосю у арендаторов охотничьих угодий станет только первым в ряду следствий. При длительном запрете охоты на него данный вид попросту не окупит своего обитания в угодьях. В этом году мой друг за лося заплатил – благо, по «безналу». Однако, он расчитывает на скорое – в 2011 г. возобновление охоты.

Необходимо отметить, что альтернативу охоте на лося составит «санитарная деятельность» еще одного «претендента» на занесение в Красную книгу, которая, к слову, отнюдь не Ноев ковчег. Серъезным конкурентом человека в эксплуатации ресурсов популяций копытных является волк. С 1973 г. в угодьях Березинского заповкедника начало расти поголовье волка, а к 1978 г. там насчитывалось 85 таких «санитаров». В 1978-83 гг. волками было добыто 149 лосей, что составило 70 % случаев их гибели.

Еще одной проблемой селекции лося в новых условиях хозяйствования является половозрастной состав его стад в угодьях. Рекомендованным соотношением полов в популяции лося считается 1 к 1. Но, в угодьях моего друга на 16 особей самок и молодняка приходится лишь четыре особи половозрелых самцов. С учетом того, что в 2008 г. в Украине из общей добычи, составившей 98 особей лося, 72 были добыты в угодьях «инных пользователей» можно предположить, что диспропорция наблюдается и там. К слову, глядя на эти 98 голов в сводке так и подмывает спроить: какой «прирост» ожидают за два года запрета охоты на лося его инициаторы при таких обьеме и пропорции отстрела? Максимум – 49 голов, а куда вернее – 10-12 голов в год.

Причиной диспропорции как в популяции в целом, так и в статистике отстрела, является практикуемая, с позволения сказать «трофейная», вернее – «царская» охота, когда выбивались самцы лося, обладающие хоть каким-то «трофеем». Такая практика привела к значительному ухудшению качеств самого трофея. Лось, обитающий в Украине, относится к экологической форме «балтийская береговая». В данной группе соотношение самцов с рогами спицевидной (cervine - «оленьи») и лопатообразной (palmated) формы составляет 3 к 1. При интенсивной охоте на последних соотношение ухудшается до 1 к 4-5.

Возможно, что «экологическая» и «экологическая» деятельность волка – в отсутствии таковой деятельности человека (!), даже несколько оздоровит популяцию лося в Украине. Так как волки убивают лосей примерно в равной пропорции по половозростному признаку можно ожидать, что они – за нас выполнят работу по ее форматированию. Волку охотиться не запретишь. Но, ставить все охотничье хозяйство с ног на голову только чтобы накормить волка лосятиной? Он же за нее «Госкомлесхозу» все равно не заплатит.

Более того, отнюдь не является секретом, что сегодня в практике ведения теневого лесного хозяйства ущерб, якобы наносимый лосем посадкам леса используется в том числе и для прикрытия оборуток с хищениями древесины. Но, это уже часть другой, более общей проблемы хозяйственной деятельности арендованных охотничьих угодий.

Итак, кто будет платить за лося при очевидной его неплатежеспособности в условиях длительного прекращения охоты: «санитары леса» позорные, браконьеры из штрафов, теневые порубщики, самозавнные «защитники природы» или доморощеные «экологи-грантососы»? Среди этих всех я не вижу альтернативы охотопользователю.

А. Булатович



Украинская Баннерная Сеть